ФОНД «ПОМОЩЬ ВЕТЕРАНАМ ВОВ И ТРУДА ГОРОДА МОСКВЫ»
мы не имеем права их забыть! Координатор проекта В.П. Скобинов

Лебедев Алексей Федорович

Дата и место рождения

14 апреля 1923 года, г. Валуйки Белгородской обл.

Воинская часть

Степной фронт, Курская Дуга

Звание

лейтенант

Награды

Боевой путь

Рассказ дочери:
 
Мой отец, Лебедев Алексей Фёдорович, родился 14 апреля 1923 г. в городе Валуйки Белгородской (тогда Курской) области в семье землеустроителя и домохозяйки. В 1940 году он окончил Валуйскую среднюю школу с одной четверкой и поступил в Ленинградский индустриальный институт на металлургический факультет. Но в октябре 1940 года вышло постановление Совнаркома о введении платы за обучение в старших классах школы и в ВУЗах. В Ленинграде год обучения стоил 400руб. Мой дед сообщил папе, что не сможет оплачивать учебу, так как на его иждивении находится 4 человека, а зарплату задерживают на 2-3 месяца (см. справку о зарплате). Папа перешел во Всесоюзный Заочный Индустриальный институт в г. Москве. В начале лета 1941г.  сдал сессию и возвращался домой. На вокзале он услышал сообщение о начале войны.
24.07.1941г. отец был мобилизован. Когда новобранцев построили на плацу, командир предложил выйти из строя тем, у кого среднее образование. Таких оказалось немного и всех отправили в военные училища. Папа говорил, что это, возможно, спасло ему жизнь, потому что положение на фронтах было тяжелое и большинство тех, кого с этого плаца отправили на фронт, погибли. 
Папу направили в Мичуринское военно-инженерное училище (на фото 5 папа сидит второй справа). Поздней осенью было принято решение передислоцировать училище в Бийск. До Саратова шли пешком и только потом поехали эшелоном. В октябре 1942г. папа окончил училище в звании лейтенанта. С ноября 1942г по январь 1943г был слушателем Курсов заграждения в г. Болшеве Московской области.
В январе 1943г был направлен на Донской фронт под Сталинград. Воевал там до мая 1943г. в должности командира взвода. В апреле 1943г. был награжден медалью «За боевые заслуги». За что получил медаль, не рассказывал. (Сейчас  создается электронный каталог наградных листов, но пока сведений об отце там нет).
С мая по август 1943г. воевал в составе Степного фронта на Курской дуге. В июле под Белгородом получил первое, легкое, ранение – ожог после подрыва на мине. В августе под Харьковом получил тяжелое осколочное ранение левой руки. Был эвакуирован в тыл и в течение 8-ми месяцев лечился в Центральном санатории Красной Армии в Кисловодске. После выздоровления был признан ограниченно годным 1й степени и направлен в Москву в резерв инженерных войск.
С апреля по июнь  1944г был слушателем резерва инженерных войск в Москве и на 2м Украинском фронте, с июня по август 1944г. – преподаватель курсов минеров в Виннице.
В августе вскрылась рана и два месяца отец находился в эвакогоспитале г. Купянска. После госпиталя -  снова слушатель резерва инженерных войск. С февраля по декабрь 1945г командир саперного взвода 154 отдельного артиллерийского полка 22 Укрепрайона на Черной речке под Ленинградом. В декабре 1945г. демобилизован по ранению в звании старшего лейтенанта.
27 июня 1945г. награжден Орденом Отечественной войны II степени, 6 ноября - медалью «За победу над Германией», грамотой от командующего Ленинградским военным округом. 
                                         
Из воспоминаний:
Не помню, чтобы отец рассказывал о боевых эпизодах, кроме двух.
Его подразделение разминировало участок местности. Вдруг он увидел, что боец неправильно работает с миноискателем: водит им перед собой не как косой, а как граблями. Это чревато пропуском мин. Отец крикнул бойцу: «Стой! Ни с места». Но в следующий миг раздался взрыв. Все думали, что боец погиб, но ему повезло. Мина оказалась прыгающей, под ней образуется конус мертвой зоны и боец, будучи маленького роста, попал в эту зону. Осколками посекло только ноги.
Под Белгородом саперы разминировали противотанковые заграждения. Боец папиного взвода не сразу сообразил, как обезвредить  найденные мины. Позвал папу. Он слишком решительно взялся за прикрывающий мину дерн. Мгновенно взметнулось пламя. Лицо и одежда покрылись смешанной с землей жирной жидкостью. Проволочка соединяла дерн со взрывателем толовой шашки, а шашка помещалась под ящиком с бутылками  с зажигательной смесью. По всем правилам папа должен был сгореть, но, к счастью, взрыв был направлен  не прямо на него. Жидкость попала в глаза, в уши и на июньском солнце жгла неимоверно. Солдаты сбегали к Северскому Донцу за водой, соорудили шалашик. Потом, в санчасти, с забинтованной головой (только рот оставался свободным) папа несколько дней приходил в себя. Зрение сохранилось, кожа с обожженного лица сошла, глухота на одно ухо долго сохранялась. Это и было папино первое легкое ранение
Чаще отец вспоминал о жизни, быте на войне.
В училище: 
Бабушка дала папе с собой шерстяную фуфайку, которая под гимнастеркой хорошо грела. Но вскоре ее пришлось сжечь, так как она кишела вшами.
Когда курсанты шли пешком до Саратова, по экипировке они были похожи на отступающих наполеоновцев. Спасаясь от холода, вместо пилоток надевали на голову, как платок, одеяло или чехол от матраца (см. рисунок). Смешно, но и трагично.
В качестве обуви курсантам выдавали обмотки с ботинками. Обмотки требовали опыта в обращении с ними, часто разматывались. Это называлось «дисциплина разболталась».
На службе:
В каждом подразделении находились умельцы на все руки. Когда в январе 1943г. были введены погоны, офицеры, особенно молодые (папе было 20 лет), очень их ждали: форма с погонами нравилась. Но армия была большая, изготовить погоны сразу на всех было невозможно, а жизнь могла оборваться в любую минуту. И тогда стали сами из ткани делать полевые погоны, а знаки различия умельцы наладились вытачивать из белых монет. 
Ехали  эшелоном. Офицеры играли в карты. Вдруг в проходе генерал со свитой. Игра в карты в Советском Союзе не приветствовалась. Все ждали разноса. Генерал спросил: «Во что играете?». Ответили: «В преферанс». Генерал удовлетворенно кивнул: «Офицерская игра». И пошел дальше.
В кисловодском санатории раненые щеголяли в австралийских пижамах. Легкая промышленность советских людей не баловала и эти пижамы казались шикарными. На раненую левую руку наложили гипс, зафиксировав ладонью кверху. Получилось, как будто папа все время попрошайничал. Папа очень любил играть в волейбол и  с раненой рукой играл в санатории даже на площадке. Вопреки волейбольным правилам товарищи разрешали ему двойной прием мяча здоровой рукой. Сначала он подбрасывал мяч над собой, а вторым ударом посылал в нужном направлении.
Когда наши войска входили в населенный пункт, местные женщины старались чем-нибудь подкормить солдат. В первую очередь они кормили маленьких и худеньких. А мне, говорил папа, было обидно: ведь мне, худому и большому, больше надо.
Весной приходилось наблюдать страшную картину. Тающий снег обнажал не захороненные трупы наших солдат (немцы своих хоронили вплоть до начала масштабного отступления). В тепле их сильно раздувало, похоронные команды рыли ямы и баграми сталкивали туда трупы. И поэтому так много пропавших без вести, невозможно было поискать на трупе медальон.
 
После войны:
Демобилизовавшись, отец вернулся в родной город и оказался в сложном положении. Дело в том, что незадолго до оккупации Валуек в 1942 году, по доносу был арестован мой дед. В Первую мировую войну он попал в плен, работал батраком у немцев. И вот теперь доносчик заявил, что дед был завербован немцами. Арестованных эвакуировали в Башкирию и там, в тюрьме, он быстро умер. Бабушка не сообщила об аресте папе, так как письма читались цензорами и она боялась навредить сыну. Папа узнал о случившемся только в отпуске по ранению. Но воевать сыну врага народа позволили, а вот на работу не брали. Положение усугублялось тем, что на иждивении отца была его мать и младшая сестра, а 1946г стал годом голода. С огромным трудом отцу удалось устроиться в родную школу военруком. В школе он познакомился с моей будущей мамой и женился на ней. Вместе они поступили в Московский Всесоюзный заочный пединститут и окончили его в 1951г (папа – физмат).
После смерти Сталина и особенно после ХХ съезда жизнь стала налаживаться. Деда посмертно реабилитировали и папа был восстановлен в правах. Началась его активная профессиональная деятельность.
В родной Валуйской школе прошел путь  от учителя до директора. Был директором сельской школы. Когда  по инициативе Н.С.Хрущева начали организовывать  школы-интернаты, стал директором Валуйской. В  1963 году назначен завроно Валуйского района, в том же году переведен в Белгород  заместителем заведующего Облоно. Когда руководство СССР решило расширить сеть профессиональных училищ со средним образованием, папа в 1969 году был назначен на должность начальника Белгородского областного управления ПТО. В декабре 1979г. переведен в Государственный комитет СССР по профессионально-техническому образованию, откуда ушел на пенсию в 1988г. с должности члена коллегии, начальника управления общеобразовательной подготовки.
В 1977г. защитил кандидатскую диссертацию на тему «Проблемы оптимизации управления ПТУ».
За свой труд награжден орденами «Знак почета» и «Трудового Красного знамени», юбилейными медалями, грамотами. Присвоены звания «Заслуженный учитель школы РСФСР», «Отличник народного образования» и «Отличник профтехобразования СССР».
Что касается человеческих качеств отца, то, прежде всего, это был человек творческий. Всегда стремился внести что-то новое и в профессиональной деятельности и в общественной работе. Любил, когда жизнь ставила перед ним сложные задачи, и с интересом решал их.
Еще будучи молодым преподавателем математики, придумал наглядное пособие - стереометрический ящик. Статья с описанием была опубликована в журнале « Математика в школе" в 1951г. И в дальнейшем его поиски новых подходов получали одобрение не только в форме наград и поощрений, но и публикациями в целом ряде журналов. 
Им были подготовлены к печати рукописи двух книг: "Из практики управления народным образованием" и « Эволюция проблем народного образования". Первая книга была уже сверстана, но экономические катаклизмы 1991г. не позволили завершить издание. Чувствуя, что в ближайшее время ситуация не изменится, незадолго до смерти, отец подарил рукопись второй книги Белгородскому педагогическому университету, за что получил  благодарность от ректора. 
Так же увлеченно и успешно отец занимался и общественной работой: подготовкой школьных вечеров, оформлением праздничных колонн, руководил художественной самодеятельностью и сам активно в ней участвовал (пел, играл в спектаклях).
Свои жизненные принципы отец изложил в «домашней» рукописи, выдержки из которой привожу  ниже.
«Кульминацией во все периоды жизни должно быть  признание обществом полезности твоей жизни и деятельности и собственное удовлетворение этим. Работа - это самое естественное состояние человека. Мне она никогда не была в тягость, хотя зачастую и была тяжелой.
За свою жизнь мне довелось трудиться  и рядовым и руководителем. Во всех случаях, по-моему, принципы одни и те же, хотя содержание и масштабы разные. Не претендуя на исчерпывающее перечисление, в первую очередь, считаю необходимым назвать такие из них как увлеченность, неповторимость в действиях, в подходе, в решении любых вопросов, и больших и маленьких, неудовлетворенность своим потенциалом и постоянное caмостоятельнoe повышение его уровня, трудолюбие.
Человек в труде должен быть щедрым. Если надо, отдать свою мысль и физическую и умственную сипу безвозмездно. Это, на мой взгляд, и есть благородство в высшем своем проявлении».
 В личной жизни отец был очень ceмейным  человеком, обладал великолепным чувством юмора, пел, писал стихи, рисовал, занимался художественными поделками.
Умер в августе 1996 года, похоронен в колумбарии Ваганьковского кладбища.